Рим Великолепный.

  • NURGUL
  • Travel
  • 14 января 2018

 

Неделя до отправления. Визы нет. Отеля нет. Денег нет. За то энтузиазма – хоть отбавляй! Примерно так мы готовились к своему первому, самому спонтанному, а оттого и самому незабываемому путешествию в Рим. С тех пор прошло 5 лет. Ровно через столько времени сработала магия брошенной в фонтан монетки, и я вернулась в этот вечный город.

Что я люблю больше всего в Италии в целом, это – отношение итальянцев к жизни. Многие думают, что итальянское выражение la dolce vita говорит о стремлении прожить в роскоши и глянце. Но все как раз-таки наоборот, как объясняют сами итальянцы, это выражение говорит о пустоте и поверхностности такой жизни и подчеркивает смысл простых радостей. Вспомните хотя бы песню Аль Бано и Ромины Пауэр про счастье Felicita. Они поют, что счастье – это взявшись за руки, пойти вместе далеко-далеко. Это неожиданный звонок. Бокал вина с кусочком хлеба. Это побережье ночью, и разбивающиеся о него волны. И даже тишина, которая наступает, стоит выключить свет в комнате, это тоже счастье. Какие обычные вещи и какой необыкновенный смысл!

А dolce far niente или сладкое ничегонеделание – это, пожалуй, мое любимое занятие вообще везде. J Только у нас тебя назовут бездельником и лентяем, а итальянцы возвели это в важную часть жизни, когда нужно остановиться, оставить все дела и просто сесть утром на солнечной террасе кафе, заказать капучино, да и сидеть так хоть целый день, разглядывая туристов и собак, и при этом погрузиться в себя и свои ощущения, освободить сознание от суеты.

Ну и еще одним выражением любимым поделюсь – anni, amori e bicchieri di vino, nun se contano mai. Годы, любовников и бокалы вина считать не нужно. Ох уж эти итальянцы. Вот они, настоящие гедонисты, которые ценят жизнь такой, какая она есть, ни о чем не жалеют, любят любить, есть пасту, пить и петь.

А как же я люблю итальянский язык! В одном фильме ВВС «Поездка в Италию», два британских актера-комика отправляются в поездку, да, в Италию, а по дороге читают стихи Байрона. Одно из них мне особенно понравилось:

I love the language, that soft bastard Latin,

Which melts like kisses from a female mouth,

And sounds as if it should be writ on satin,

With syllables which breath of the sweet South.

И я его даже перевела:

Люблю язык, латинского побочный нежный сын,

Что тает, словно поцелуй от женских губ,

Звучание его – как глянцевый сатин,

Дыхание слога – сентиментальный юг.

Офигеть. Пока я не впала в шок от такого нетипичного для меня поведения (я стих перевела!), обратимся наконец к Риму.

Сколько пап сменилось, а он все стоит спокойно и невозмутимо. Доминирует, давит. Он знает, мы, жалкие людишки, уйдем, а он все еще будет. В сравнении с динамичным Лондоном, в бурлящий поток которого ты попадаешь и несешься в круговороте событий, людей, языков, или даже с нашей Астаной, которая все строится и разростается, Рим показался мне достаточно статичным. Новые здания строятся медленно, а старые почти не ремонтируются. Как мне объяснил один итальянец, “время идет – здания рушатся, и это естесственно”. Но менее прекрасным Рим от этого не становится.

Самая популярная среди туристов смотровая площадка в Риме – это, конечно, та, что под куполом Собора Св. Петра. Чтобы подняться, нужно преодолеть 551 ступеней или воспользоваться лифтом, но останется еще 320 ступеней узенькой лестницы, по которым все равно придется топать. Не помню, сколько стоила оплата за эти подъемы, но разница была небольшая, и мы, ленивые казахские задницы, всегда выбирали второй вариант. Но те 320 ступеней все-таки самые мучительные – половину из них придется пройти почти в диагональном положении туловища без возможности скорее побежать наверх (перед тобой люди) и повернуть назад (за тобой люди). Остановиться и отдышаться тоже не вариант. От того что постоянно идешь по кругу, начинает кружится голова. Под давящими стенами купола воздух настолько густой, что увидеть свет становится мечтой вашей жизни. Но вот вы на месте. Глубоко вдохните свежий воздух. Похвалите себя за пройденный путь. Ощутите спокойствие, которое несмотря на тесное пространство, железные прутья огорождения и многонациональную толпу, мягко накрывает вас. Город тоже захватывает своим спокойствием. Дома теплых терракотовых оттенков утопают в сочной зелени. Тибр, извиваясь, огибает силуэты римских районов. Обычно я смотрю сначала на площадь Св. Петра, а потом ищу свой любимый Трастевере.

Трастевере – район Рима, который я всегда фотографирую меньше всего. Потому что здесь я только ем, пью, молюсь, люблю. J После долгого дня хождения по городу, в котором что ни камень, то достопримечательность, ты чувствуешь себя таким ничтожно маленьким и жалким, что хочется поскорее спрятаться в лабиринтах узких улочек и расслабиться под живые звуки итальянской музыки. Вино здесь обычно носит название ресторана, оно домашнее и недорогое, но все равно изысканное. Никогда не пыталась запомнить какой-то особенный ресторан. В какой бы вы не зашли, уверена, вам понравится. Весь район, его улицы, площади и рестораны дышат уютом, теплотой, музыкой и головокружительно пахнут итальянскими специями и свежеприготовленными пастой и хлебом. Почему-то в этот район мы всегда ходили только ужинать, и, как оказалось, правильно делали. От водителя Uber мы узнали, что рестораны Трастевере в основном начинают свою работу часам к 6-7 вечера.

А что касается других исторических районов и пьяц, которые формируют центр города, то каждый из них непременно запомнится вам по-своему, своим колоритом, достопримечательностью, а, может, рестораном или цветочным ларьком. Вот мои ассоциации: Пьяцца-дель-Попполо – церкви-близнецы, Испанская площадь – лестница и фонтан-лодочка, Пьяцца Барберини – богатые знаменитости на улице, Пьяцца Навона – бедные уличные артисты, Кампо деи Фьори – букеты пионов на рынке. А фонтан Треви больше запомнился мне лавками с итальянским мороженым, нежели фонтаном. J Хотя вот парочка интересных фактов о знаменитом фонтане: монетки из него разрешено доставать только пожарной службе города, делают они это каждую ночь и, говорят, сумма собранных монет порой достигает 10 тысяч евро за день.

Неподалеку от фонтана находится ресторанчик итальянской и средиземноморской кухни Il Falchetto (Иль Фалькетто). Он нам очень понравился. Я заказала салат с морепродуктами и апельсинами на аперитив и суп минестроне на главное. Суп оказался очень вкусным, а морепродукты и апельсины – дары этого благословенного региона.

Еще одна интересная достопримечательность в Риме – Уста истины. Это – античная круглая плита из мрамора с изображением бога морей Тритона, известная во многом благодаря фильму “Римские каникулы”. Говорят, в средние века их использовали в качестве детектора лжи. Люди верили, что если обманщик положит руку в открытые уста, они сомкнутся и откусят бедняге кисть. Говорят, сюда даже приводили осужденных в измене или лжесвидетельствовании. Под присягой их заставляли сказать правду и положить руку в уста, а за стеной стоял палач с острым мечом, готовый нанести удар. Мы тоже решили испытать судьбу, и так это забавно, ведь разумом ты понимаешь, что это невозможно – уста не могут откусить тебе руку, но все же лихорадочно пытаешься вспомнить, а был ли такой случай, за который все-таки могут?

(Я в 2012 году.)

В Риме, а точнее в соседнем(?) государстве Ватикане, также находится картина Караваджо, которая мне особенно нравится. К слову, перейти государственную границу из Рима в Ватикан тоже доставляет мне какую-то странную радость. А картина называется «Положение во гроб». Не самое оптимистичное название, но это одна из двух моих самых любимых картин с изображением Христа. О другой поговорим позже, она в Глазго.

(1)

Караваджо снова завораживает свето-теневой драмой. Конечно, взор сразу устремляется к Иисусу, ведь его бездыханное тело буквально светится на полотне. От того, пожалуй, других участников действия мы часто упускаем из виду. А здесь у нас вся компания последователей собралась: тело Христа держат Иоанн Евангелист и Святой Никодим, позади них Дева Мария в образе пожилой монахини сложила руки в знаке принятия трагедии, Мария Магдалена вытирает слезы белым платочком, а слева подняла руки к небу сестра Девы Марии Мария Клеопова. Скажете, зачем нам их всех знать? Может и не зачем. Караваджо пытается схватить точный момент во время действия. В этой картине он изображает то мгновение, когда двое мужчин опускают тело во гроб. Через считанные секунды тело будет в гробу, а скорбящие пойдут по своим делам. Картину также можно читать как аллегорию жизни и смерти, где скорбящие – это жизнь, гроб – смерть, а Иисус – словно граница между двумя, что отсылает нас к католической догме, согласно которой только чистой верой в Христа можно избежать смерти и отправиться в Рай. Еще одна примечательная деталь – растение в левом нижнем углу полотна, коровяк обыкновенный. Это растение, известное своими медицинскими свойствами и, согласно поверьям, силой изгонять злых духов, символизирует воскрешение и победу над смертью. (2) Вот ведь что можно узнать, стоит задуматься, начать узнавать больше. Согласитесь, художник тратит годы своей жизни на создание шедевра, а мы не тратим и 10 минут, разглядывая его. Посмотрели и пошли дальше. Не увидели ничего. Но когда вот так почитаешь о работе, капнешь чуть глубже, и смотришь по-другому, правда?

На этом пока все о Риме. Мы пришли, увидели, и он нас победил.

 

Источники:

1. https://en.wikipedia.org/wiki/The_Entombment_of_Christ_(Caravaggio)#/media/File:Caravaggio_-_La_Deposizione_di_Cristo.jpg 

2. http://www.visual-arts-cork.com/famous-paintings/entombment-of-christ.htm